Андерс де ла Мотт - Обман [Bubble]

– Что касается остальных, то мы только что задержали еще одного преступника на угнанном полицейском автомобиле. Но двое по-прежнему на свободе, в том числе и основной подозреваемый. – Рюнеберг покосился в сторону Ребекки. – Я имею в виду Хенрика Петтерссона, он же Эйч Пи.

Им повезло. До следующей стокгольмской электрички оставалось всего десять минут – как раз достаточно, чтобы Нора успела купить билеты и какой-нибудь еды из автомата на станции. Эйч Пи прятался за одной из колонн на перроне и высматривал вероятных преследователей. Он заглотил два сникерса и успел залить эти деликатесы половиной бутылки кока-колы, которую она ему протянула, к тому моменту, как на перрон въехал поезд.

Когда они нашли два свободных места, Эйч Пи уже так устал, что забыл снять с себя рюкзак, перед тем как рухнуть на место у окна. К тому же пряжку на груди заело, и он выругался так громко, пытаясь ее расстегнуть, что другие пассажиры начали зло зыркать в их сторону.

– Подожди, я сделаю. – Нора подвинулась ближе и склонилась над ним. – Сначала нужно приподнять замок, а затем отогнуть пластинки.

Ее голова была очень близко к его лицу, он чувствовал ее пальцы у себя на груди, и на несколько секунд ему показалось, что он чувствует аромат ее шампуня. Удивительно, насколько лучше он себя почувствовал, уловив этот синтетический цветочный запах.

– Вот, готово!

Нора расстегнула пряжки, и ремни разошлись в стороны. Эйч Пи снял рюкзак и поставил его на пол. На всякий случай прислонил к ноге, чтобы почувствовать, если с ним что-то произойдет. После этого отклонился назад, помассировал затекшие плечи и воспротивился импульсу тут же закрыть глаза.

Электричка набрала скорость, и уже почти не было сил противиться этому мягкому укачиванию. Но Эйч Пи все-таки решил попытаться. Он обернулся к Норе. Та как раз в этот момент закладывала под губу снюс, поэтому он вежливо подождал, пока она закончит эту процедуру, и тихо произнес:

– Меньше чем через два часа мы будем в городе. Все, что нам нужно для того, чтобы с этим покончить, – компьютер и быстрый Интернет. В районе Сенной площади есть интернет-кафе, я пользовался им пару раз…

Нора кивнула, видимо, как раз в этот момент поправляя пакетик с табаком кончиком языка. Это удивительное движение поразило Эйч Пи настолько, что он почти потерял нить.

– Звучит неплохо, Эйч Пи. Так и поступим. А ты думал о том, что мы будем делать потом?

Он покачал головой.

– На самом деле, мне вообще плевать. Когда эти файлы выйдут в Сеть, «PayTag» потонет, как топор, и с большой долей вероятности потянет за собой и Гейм-мастера, и даже Игру целиком. Им нужно будет спасать свои шкуры…

– И ты думаешь, что тогда они возьмут и просто забудут о нас?

– Поживем – увидим… – Эйч Пи пожал плечами. – Так как насчет того, чтобы рассказать, как ты оказалась втянута во все это? – спросил он через несколько секунд, сам не зная зачем.

Закрыв табакерку, Нора медленно засунула ее в карман и, похоже, размышляла, что ответить.

– Это довольно долгая история… – сказала она наконец.

– В ближайший час я совершенно свободен, – ответил Эйч Пи и попытался изобразить свою самую обворожительную улыбку.

– Хорошо, но это будет укороченная версия. Нам обоим нужно немного отдохнуть… Дело было так. Я играла в гандбол на элитном уровне. Все шло прекрасно, даже взяли в сборную. Тренировки почти каждый день… – Он кивнул, чтобы показать ей, что ему очень интересно, и так оно и было на самом деле. – Я жила этим спортом, командным духом, духом соревнования. Но у меня случилась травма.

– Ой-ой…

Ему хотелось самого себя избить. Полный урод в том, что касалось эмпатии; все, что он смог из себя выжать, это «ой-ой». Но, похоже, Норе это было по барабану.

– Порвала связки в правом колене, и доктор объявил мне, что мой организм просто-напросто не перенесет таких серьезных нагрузок. А я уперлась и делала все, чтобы вернуться в большой спорт. Прошла все курсы реабилитации, но так и не смогла выйти на прежний уровень. Получив однажды травму связок, ты уже никогда не сможешь оклематься окончательно. Побывав среди лучших, я вернулась на средний уровень. При этом тренировалась еще упорнее, что, конечно, было полным идиотизмом. – Нора покачала головой. – В итоге травм у меня стало еще больше, а время, проведенное на скамейке запасных, – все длиннее. В конце концов я сама приняла решение бросить спорт, прежде чем меня выгонят… Не хотела никому предоставлять такую возможность; лучше вовремя уйти, нежели тебя унизят другие… во всяком случае, я так рассуждала. Теперь, по прошествии времени, это уже не кажется таким разумным… Знаешь, что такое ломки?

Эйч Пи кивнул. Глаза у него закрывались, но он хотел дослушать. Ему казалось, что он уже понял, куда ведет весь этот рассказ.

– Тогда я решила доучиться, получила диплом и начала работать ветеринаром. Но я так скучала по спорту… Ничто не могло даже сравниться с ним. Так что, когда Гейм-мастер со мной связался, предложил мне новую общность, новый план игры… – Она пожала плечами.

– Так как это было? В смысле, как он тебя нашел, Гейм-мастер?

– Все началось с простого письма по электронной почте, с приглашения…

– … поучаствовать в уникальном событии, чем-то таком, что ты никогда не переживала раньше…

– Что-то в этом роде. – Нора улыбнулась. – И только гораздо позже я поняла, что они меня тщательно проверили. Знали все о том, кем я была, что я делала. Как я устроена, на какие кнопки нужно давить…

Эйч Пи понимающе кивнул.

– Звучит очень знакомо.

Голова его все больше тяжелела, он с трудом держал глаза открытыми.

– Слушай, этот пожар в твоей квартире… – произнесла она чуть погодя.

– Да необязательно сейчас об этом… – пробормотал он.

– Нет, обязательно. Ты прав, это была я. Но я совершенно не хотела, чтобы ты пострадал. Я позвонила пожарным перед тем, как поджечь. Хотела быть уверенной в том, что они едут… Но это меня не извиняет. Единственное, что меня оправдывает, это то, что я тогда плохо соображала. Все, чего мне хотелось, – это карабкаться в рейтинге, достичь вершины…

Эйч Пи махнул рукой.

– Да можешь не объяснять…

– Нет, я должна. Я не хочу, чтобы ты думал, что я…

– Да я ничего такого и не думаю, все нормально. Trust me[131], Игра заставила меня сделать достаточно весьма безумных поступков…

Тут внезапно открылась дверь, ведущая в тамбур, и в вагон вошел мужчина в черной куртке. От того, как он огляделся в вагоне, Эйч Пи нырнул за спинку впередистоящего кресла. Затем дверь тамбура открылась снова, и к мужчине присоединилась какая-то женщина. Некоторое время они что-то пообсуждали, после чего вернулись в другой вагон.

– Ложная тревога, – сказала Нора. – Просто искали свободные места… Слушай, как я уже говорила, извини меня за поджог, – продолжила она. – Поверь, я тогда плохо соображала, что делала…

– Все нормально, Нора.

Вдруг голова Эйч Пи словно наполнилась какой-то кашей, и он уже едва мог ее держать.

– Знаешь, я просто отрубаюсь, как насчет того, чтобы передохнуть, – пробормотал он. – А рассказами о подвигах обменяемся потом…

– Конечно, – кивнула она. – Нет проблем.

Он откинул голову на спинку кресла, через пару секунд Нора последовала его примеру.

А через пару минут она осторожно открыла глаза. Прислушалась к его дыханию, затем наклонилась вперед и осторожно подтянула к себе стоявший на полу рюкзак. После чего тихо выскользнула с сиденья и покинула вагон.

– Как замечательно, что я вас нашел, фрёкен Нурмен!

Это был Саммер, за которым вплотную стояли Стигссон и еще один мужчина, которого она заприметила в управлении еще вчера.

– И я, и комиссар Стигссон очень благодарны вам за сотрудничество. Мы оба восхищены силой воли и верностью долга, которые вы демонстрируете.

Ребекка неуверенно улыбнулась – отчасти потому, что вся эта шарада доставляла ей массу неприятных ощущений, отчасти оттого, что не понимала, какой реакции на эту неожиданную похвалу от нее ждут.

– Спас-сибо! – выдавила она из себя.

Третий мужчина протянул ей руку.

– Эрик аф Седершёльд, пресс-секретарь двора. Приятно познакомиться. Полковник Пеллас очень тепло о вас отзывается, – с улыбкой произнес он.

Рукопожатие было каким-то влажным, улыбка не достигала глаз этого типа, и Ребекка без особых проблем поняла, насколько фальшивыми были его вежливые фразы.

– Приятно познакомиться, – пробормотала она в ответ. – К сожалению, мне уже пора идти, мы выдвигаемся.

– Да, конечно, – сказал Саммер/Пеллас. – Мы просто хотели пожелать вам удачи, фрёкен Нурмен…

Она встретилась с ним взглядом, и в тот момент, когда двое других отвернулись, Саммер коротко ей подмигнул.

Он в лабиринте, он почти сразу это понял. Окружавшие его розовые стены не доставали до потолка, к тому же они начинались и заканчивались без малейшего признака логики.